Участник вышел из компании и уступил право требования выплаты стоимости части доли в уставном капитале сыну генерального директора. Вскоре руководителя уволили, но уже после этого он заключил от имени фирмы договор о передаче сыну 24/100 доли в праве собственности на недвижимый актив компании вместо денежной выплаты. ВС не поддержал такой подход и указал, что размер действительной стоимости доли нужно определять на основании бухгалтерской отчетности, но юристы поставили под сомнение такой порядок расчета.